Пароплан марихуана манит меня

Ну вот, собственно, и все, что связывало меня с этим стариканом: кое-какая болтовня, отрешенность и думал, что им, пожалуй, марихуана не требуется. Всегда меня смущает и удивляет одновременно. 5 причин приехать в Анталию Параплан: излюбленное место парапланеристов Турции – древний город Олимпос. Припев: Марихуана манит меня, Делаю биток,чтобы проканал. Вот и курю я день ото дня. И прибиваю Беломор-канал.(2 раза) -Салам,братва!Как делишки?

Пароплан марихуана манит меня

Она именуется «Епископ. В части экспозиции под заглавием «Сокровищница Зальцбурга» выставлена коллекция красочных полотен, графики, мебели, фарфора, минералов, орудия, монет, книжек и скульптур, которую на протяжении веков собирали архиепископы. Во время Наполеоновских войн она была отчасти вывезена из города: специально для выставки около 25 экспонатов возвратилось на родину из остальных европейских музеев. Построеннаявсегозатригодавюжнойчастигорода,она считается одним из основных шедевров Ренессанса на севере Альп.

Во дворце действует неизменная выставка «Страсть к познанию: неожиданный мир Маркуса Ситтикуса», где можно выяснить о виде жизни и взорах влиятельного и смышленого священника. Из окон открываются виды на Персидский залив и городская пано- рама Дубая, почти все номера имеют собственные террасы и бассейны.

В отеле четыре ресторана и 5 баров, два открытых бассейна, салон Nikki Spa by ESPA c сьютом для пар, сауной, хаммамом и ледяным фонтаном, а также метро- вый личный пляж Nikki Beach. Интерьер гостиницы выполнен в фирменных традициях Nikki — модерн с этническими элементами и много белоснежного цвета.

В интерьерах, оформленных студией Hirsch Bedner Associates, традиционные японские мотивы смешиваются с со- временным дизайном. В распоряжении туристов ресторан японской кухни, брассери, чайный домик в саду, где вечерком можно испить шампанского и саке, салон красы, спа-центр с шестью процедурными кабинетами и VIP-сьютом, фитнес-центр, крытый бассейн, а также маленькая часовня для свадебных церемоний. Из окон гостиницы раскрывается вид на сад, разбитый еще в XII веке.

Здесь цветет сакура и тянется к солнцу тростник. Новейшие игроки на рынке гостиничных услуг в секторе люкс возникают повсевременно и везде, от Доминиканы до Дубая. Объединяет их совершенно выбранное размещение, впечатляющие интерьеры и безукоризненный сервис. Domes Noruz Chania Где находится: Крит, Греция Дата открытия: 20 июля года В 10 минутках езды от Ханьи открылась еще одна гостиница сети Autograph Collection, предназначенная для отды- ха без деток.

Бутик-отель располагает 83 номерами, включая люксы. В каждом номере есть свой бассейн и от- скрытая ванна. Отель растянулся вдоль пляжа, его архитектура навеяна венеци- анским прошедшим Ханьи. В интерьерах национальные греческие и османские черты смешиваются с современным дизай- ном. Из спецпредложений — програм- ма занятий йогой на пляже и процедуры в спа-центре с внедрением целеб- ных травок, возрастающих на полуострове.

Лозунг бренда Autograph — запатенто- ванное выражение «Exactly like nothing else» «Точно, как ничто иное» — англ. Фактически все номера и сьюты обустроены террасами либо балконами, выходящими на море. Здешняя система развле- чений именуется Unlimited Fun. Кроме нелимитированной пищи с детским меню она включает использование мини-баром с безалкогольными напитками и пивом, развлека- тельную програмку, специальную програмку для тинейджеров и занятия аква видами спорта.

Курорт подступает тем, кто любит поесть и выпить: тут 11 ресторанов, которые дают азиатскую, французскую, итальянскую и средиземноморскую кухню, и 10 разных баров. Курорт работает по системе Unlimited Luxury, которая включает не- ограниченное питание и напитки в гурмэ-ресторанах и барах их в гостинице 13 штук , круглосуточное сервис номеров, сервисы консьержей.

Недалеко есть два гольф-поля, спроектированных знаменитым игроком Джеком Никлаусом занятия за доп плату. Курорт хочет предложить своим гостям необъятную програмку дневных и ноч- ных развлечений, включая занятия танцами, испанским языком и аква вида- ми спорта, тематические вечеринки, на его местности раскроется и казино.

Туристам тут предлага- ют номера 6 разных кате- горий и вилл с видом на океан, сад и гольф-поле. На местности есть два ресторана с вьетнамской и европейской кухней, два бара, три конференц-зала, а также центр Vincharm Spa и бассейн с джакузи площадью квадратных метров. Вблизи размещен парк развлечений Vinpearl Land. Чемпионское гольф-поле отеля площа- дью наиболее квадратных метров имеет 18 лунок, соответствует всем интернациональным эталонам и выхо- дит на бухту Нячанг, не один раз признававшуюся одной из самых краси- вых в мире.

Jumeirah Al Naseem Где находится: Дубай, ОАЭ Дата открытия: декабрь года Отель на номеров, в том числе 43 сьюта, в окружении красочных каналов, станет частью курортного комплекса Madinat Jumeirah, его чет- вертой гостиницей. В каждом номере есть тропический душ, французские панорамные окна и прекрасные открытые террасы. В дизайне интерьеров отыскали свое отражение мотивы дюн и бескрай- него неба пустыни. К услугам гостей три бассейна, девять ресторанов и баров, два банкетных зала, самый протяженный личный песочный пляж в городке, спа- центр класса люкс и восточный рынок Souk Madinat.

На местности отеля мож- но отдохнуть у 1-го из бассейнов либо в садах вдоль пляжа, посетить черепа- ший заповедник либо аквапарк Wild Wadi. Заглавие Al Naseem в переводе с арабско- го языка значит «легкий ветер» либо «морской бриз». Его приятное дунове- ние, а также красивые виды из номеров на море обязательно оценят постояльцы. В те времена это был единственный в Лондоне отель с ванной и прихожей в каждом номере. Grosvenor House сходу зарекомендовал себя в качестве 1-го из самых популярных мест в городке.

Его картинная галерея располагала одной из наилучших личных коллекций живописи в Европе. На большом ледовом катке отеля в году обучалась кататься на коньках семилетняя принцесса Елизавета, будущая царица Елизавета II. Позже каток был преобразован в Бальный зал, где часто проводились антикварные ярмарки, балы, престижные показы, свадебные банкеты и праздничные ужины с ролью представителей высших слоев английского общества.

В различное время в отеле останавливались высокопоставленные лица и знаменитости со всего мира. В — годы в отеле была проведена основательная реконструкция, и сейчас Grosvenor House, сейчас флагманский отель бренда JW Marriott в Европе, смотрится заного. Изменению подверглись интерьеры номеров, лобби, бара Park Room и Бального зала.

Новейший дизайн делает упор на богатой истории отеля и зрительно связывает его с Гайд-парком. В оформлении доминируют цвета оливкового, сероватого и кремового цветов. Единение с природой подчеркивают вставки из видеопанелей с зеленоватой листвой, центральную люстру лобби- бара украшают стеклянные бабочки, а на ковре Бального зала изображены бороздки, напоминающие следы от лезвий коньков на льду. Реконструкция вдохнула в отель новейшую жизнь, и сейчас, когда Grosvenor House стал частью бренда JW Marriott, он по-прежнему известен собственной «доступной сдержанной роскошью» и умением восхищать, хотя сейчас уже, естественно, прогрессивным подходом не лишь к водоснабжению.

Неповторимый дизайн отеля от английской строительной студии Франка Солано завлекает ценителей красивого со всего мира, гостей встречает неповторимое лобби, увенчанное люстрой Swarovski и ковром от мастеров Версаче.

Забота о уюте гостей обязует сле- довать тенденциям: в обновленном дет- ском клубе Luxury Calimero использова- ны лишь натуральные и гипоаллерген- ные материалы интерьера, антибактери- альное напольное и настенное покрытие. А в спа-центре отеля разработали и запу- стили реализацию концепцию Kids Spa. Стремясь привлечь туристов, престижные гостиницы обновляют не лишь интерьеры, но и свои ресторанные концепции.

В этом обзоре — приметные гостиничные ресторанные новинки года. На закуску гостям подадут татаки из жа- реной говядины вагю, приправленное зеленоватым луком, кори- андром и чили, либо севиче из морского окуня с грейпфрутом и сладким картофелем. Главные блюда включают талья- телле с лобстером, вермутом Noilly Prat и помидорами черри, черную треску с супом мисо и капустой бок-чой. Меню составлено по принципам здорового питания звездным шефом Эриком Фрешоном, а десертная карта разработана Лораном Жаненом.

К его интерье- ру дизайнер добавил современные ноты — красноватую ковровую дорожку у входа, фурнитуру из розовой меди, а шеф-повар вме- сте со своим сотрудником Джоселином Эрлендом сделал новое ме- ню, основанное на контрасте вкусов.

Так, в овощной запеканке желтоватая, фиолетовая и оранжевая морковь смешиваются с артишо- ками и нормандской свеклой чиоггия, перепелиное яичко с хре- ном в гречневом крепе — с икорным кнелем, а медальон из теля- тины — с маринованными анчоусами. Потому совет для туристов: ежели желаете приобрести драгоценности, то лучше это делать в кабинетах Diamond District, а не в мно- гочисленных ювелирных магазинах. Diamond District «Бриллиантовый квартал» — еврейский квартал в Антвер- пене, где живут все трейдеры, специализирующиеся обработкой и реализацией драгоценных камешков.

Тут можно выбрать раздельно дизайн декорации и пригодный алмаз». Концепцию выдумали спецы из Disappearing Dining Club, устраивающие достойные внимания ужины в нестандарт- ных местах. В случае с Ropewalk речь идет о товарном складе престижной строительной компании Lassco.

Желающие про- вести в клубе приватную вечеринку должны держать в голове, что в «Текстильную комнату» помещается до 12 человек». От устья реки Эйп необходимо дви- гаться к ресторану и постоялому двору The Anchor Inn. Сходу за ним — мыс Гол- ден-Кэп, с которого открываются примечательные виды на залив Лайм».

Но основное, на что стоит поглядеть в Даргавсе, — это внуши- тельный некрополь, самый большой на Северном Кавказе, который мест- ные именуют «Городом мертвых». Там находится 95 фамильных усыпальниц». Тем, кто желает получить общее представление, довольно сходить на экскурсию в какую-нибудь из рас- положенных в городке студий: CBS Studio Center, Paramount, Sony Pictures, Warner Bros.

Тем же, кто желает по-настоя- щему прочуять индустрию, я советую записаться зрителем на съемки шоу либо телесериала. Вы будете посиживать в сту- дии-аудитории и следить за действием. А в перерывах, ежели повезет, к для вас могут подойти поболтать актеры». Это редкая возможность: погода изменяется чрезвычайно нередко, а в дождик либо ветер фуникулер туда не прогуливается.

Ежели же погода подвела, пройдитесь по променаду Си-Пойнт либо просто по центру городка. На каждом шагу для вас будут встре- чаться мелкие кофейни, магазины, бары либо рестораны. В крайних смело пробуйте вяленое мясо билтонг и аро- матные колбаски друэворс c кориандром — их обжаривают на традиционном гриле браай. К ним традиционно прилага- ется местное крафтовое пиво — кстати, чрезвычайно достойное». Некие кладбища были переде- ланы в типичные парки — так появился заросший парк «Лайзе» на улице Ген- риха Роллера.

В бывшей восточной части городка, неподалеку от озера Вайсе, размещен самый большой еврей- ский некрополь в Европе. Его площадь составляет 42 гектара — это 80 с лиш- ним футбольных полей. Хоронить тут начали в году, и каким-то чудом кладбище уцелело во времена нацио- нал-социалистов.

Вычурные мавзолеи и авангардистские могильные памят- ники в традиции баухауса, умеренные надгробия с надписями на иврите, германском и российском соседствуют тут друг с другом и говорят историю некогда большой еврейской общины». Балаж Дамницки — один из наилучших венгерских конди- теров, два года назад его кондитер- ская в Секешфехерваре выиграла тра- диционный конкурс «Торт Венгрии», а сейчас вот он открыл филиал и в Будапеште.

В летнюю пору тут продава- ли самое вкусное и необыкновенное моро- женое в городке, а в зимнюю пору, разумеется, со- средоточатся на тортиках и пирожных». К примеру, здесь есть так назы- ваемый «Городской театр» — маленький амфитеатр над углом Десятой авеню и Семнадцатой улицы. Зритель- ские лавки обращены в сторону Семнадцатой улицы, перед ними уста- новлены огромные стеклянные окна. Все вкупе делает эффект большущего кинозала, где на экране идет бес- конечный кинофильм о жизни города».

Хорошее место для романтично- го свидания, в особенности посреди неде- ли, когда тут не так много людей». Даже о политике нью-йорк- цы спорят еще меньше, чем о пицце. Правда, нехорошая пицца в Нью-Йорке долго не выживает, потому даже в никому не известном районе среди ночи можно приобрести кусочек полностью достой- ной пиццы всего за 99 центов.

Моя возлюбленная — грибная либо самая рядовая сырная. В году правитель Бразилии Педру II решил, что нужно истребить кофей- ные плантации, так как из-за их реки становились все суше и суше, и засадил «Тижуку» обыкновенными деревьями. Сейчас, спустя лет, просто умопомрачительно ви- деть и ощущать, как природа набира- ет силы и ворачивается к жизни. Я всег- да советую всем сходить, съездить на ве- лосипеде, взобраться по горам и вообщем хоть какими методами попасть в парк.

Это просто великое место». Parque Nacional da Tijuca Estrada da Cascatinha, parquedatijuca. Но о том, что в городке есть бурная гастроно- мическая жизнь, знают не все. Тут много хороших заведений, к примеру Cuisine Wat Damnak, не так давно при- знанное одним из наилучших ресторанов мира года. Посто- янной экспозиции у него нет, потому вид площадки несколько раз в году полностью изменяется.

То там можно уви- деть новинки домашней техники конца XIX — начала XX века, в том числе 1-ые холодильники на льду, 1-ые газовые плиты, английские фарфоровые унитазы и доисторические вентиляторы. То жен- скую моду: коллекции обуви, нижнего белья и аксессуаров.

А еще древние открытки, игрушки, посуду, телефоны — все в отличном состоянии и под очень достойные внимания комменты кураторов». В ГОДУ я поехал автостопом в Китай, при этом заезжал «с чер- ного хода» — через казахскую границу. 1-ые два месяца мой маршрут пролегал по местам совсем глухим: китайскому Тянь-Шаню и Памиру, позже Каракоруму, Тибету и западной Сычуани.

В Рф мне не удалось отыскать фактически никакой инфы по тем краям, не считая старенькой карты КНР и русско-ки- тайландского разговорника х, оказавшегося совсем беспо- лезным, так как, во-1-х, разговорники вообщем бесполезны, а во-2-х, там все было написано некорректно. Так что я ожи- отдал узреть абсолютную terra incognita, где нога «белого человека» не ступала со времен Пржевальского и Козлова.

Все, естественно, оказалось совершенно не так. По главным дорогам путешествовало множество юных людей, называвших себя backpackers — «рюкзачниками». У их были подробные путе- водители со схемами городов и расписаниями автобусов, для их уже имелись гостиницы и ресторанчики с персоналом, знавшим от 2-ух до двухсотен слов по-английски. У этих ребят была особенная подкультура, они чрезвычайно гордились собственной крутизной и противо- поставляли себя «матрасным» туристам, которые путешество- вали с организованными турами в комфортабельных автобусах, а не автостопом либо на местных рейсовых развалюхах и поэтому типо не лицезрели «настоящей» жизни государств, по которым проез- нажимали, а свои средства оставляли западным турфирмам.

Гордиться «рюкзачникам», в общем-то, было чем: трудности приходилось преодолевать нешуточные, вроде трехдневного сидения скорчив- шись в крошечной маршрутке, недельного ожидания попутки на высоте 4 тыщ метров либо месяца непрерывного поноса. Зато «матрасники» слушали подробные рассказы гидов и поддерживали местную экономику щедрыми чаевыми. Местным жителям и те и остальные казались кем-то вроде ино- планетян.

В западной Сычуани можно было за день проехать 10 горных долин, в каждой из которых язык, архитектура, одежда, даже лица были совершенно не таковыми, как в примыкающих. Практически никому не приходилось бывать далее райцентра, потому рассказы проезжих о автостопе из Лондона в Бангкок либо автобусном туре по 5 странам воспринимались аборигенами как чистейшая фантастика.

К проезжим они относились друже- любно, но с легким презрением, как к радостным и безопасным чокнутым. Мне тогда казалось, что и «рюкзачники», и «матрасники» были правы в собственной критике друг друга: по-настоящему узреть, осознать, а тем наиболее как-то поменять жизнь страны за короткое путешествие нереально, в особенности ежели не знаешь местных языков. Запад есть Запад, Восток есть Восток, туристы вечно будут проноситься в автобусах и попутках по дорогам мира, не оставляя никаких следов.

Время показало, что я был неправ. При этом выяснилось это уже в наши дни, когда бэкпекинг полностью деградировал, стал элементом массовой культуры и на сто процентов не стал быть приключением. В Юго-Восточной Азии «рюкзачники» сейчас ездят по так устоявшимся маршрутам известным под ироничным заглавием Banana Pancake Trail в честь особо у их фаворитных банановых блинчиков с шоколадом , что в местах их тусовок выросли целые англоязычные городки с отелями, ресторанами и магазинами соответственных сувениров.

Даже их путеводители изменились: сейчас заместо советов, как проехать зайцем из Разделяй в Катманду либо одурачить китайскую полицию и въехать в Тибет без разрешения, они содержат адреса престижных бутиков и пятизвездочных гостиниц. Но подвиги бэкпекеров конца ХХ века не пропали даром.

При этом их награда оказалась невольной: эффект произвели не беседы с водителями грузовиков о внутренней свободе и не подаренные селянам фенечки, а просто их одежда и снаряжение. Нежданно оказалось, что технологии «рюкзачных» путешествий совершенно подступают жителям тех самых государств, где сами путники казались инопланетянами.

В первый раз я направил на это внимание в начале нулевых, когда вдруг увидел, что пассажиры латиноамериканских загородных автобусов — фермеры, работяги, краснокожие из лесных племен, даже античные старушки — начали массово перебегать с тради- ционных корзин и баулов на современные походные рюкзаки.

Позже носильщики в горах Пакистана и Кении вдруг все как один обзавелись горными ботинками и иным спортивным снаряжением, пускай подержанным, а в Китае вошли в моду путеводители для самостоятельных поездок. Но на сто процентов понял я масштаб процесса лишь на днях. Мне пришлось плыть на ночном пароме меж 2-мя греческими островками.

Это не чрезвычайно популярный у туристов маршрут, по- этому практически все пассажиры были местными жителями, людьми различных возрастов и профессий, в основном небогатыми. Билеты в каюты практически никто не брал, предпочтя дешевенькие места в крес- лахнапалубе.

Носпатьв этихкреслах,оказывается,никтонесоби- рался. Чуть паром вышел в море, как все эти пастухи, пожилые люди, рыбаки и шахтеры повытаскивали из рюкзаков коврики-«пенки» и спальные мешки и комфортабельно разлеглись в коридорах парома,словнонакаком-нибудьслетеавторскойпесни. Некие даже поставили в закрытых от ветра уголках палубы хорошие дуговые палатки и принялись что-то готовить на малеханьких походных печках.

И это в стране, которая лишь в крайние годы стала благодаря членству в ЕС по-настоящему европейской, а до того по бытовому укладу и виду мышления была полностью ближневосточной и к тому же совершенно бедной. Запад есть Запад, Восток есть Восток, хотя эти понятия с каждым деньком имеют все меньше дела к географии. Запад будет вечно выдумывать всякие улучшающие жизнь новшества, а Восток будет отрадно их осваивать, продолжая при этом глядеть на Запад с мудрым видом, чуток презрительным и все наименее убедительным.

Излови его, пожалуйста!.. По… Нет! Не делай так больше!.. Он собирался прыгнуть!.. Ты правда думаешь, что он вот так возьмет и прыгнет с обрыва? А по-моему, он как раз… Ай! Он просто… — А-а-а-а-а!.. Наилучшее путешествие — это когда в неведомое. Заходить два раза и наиболее в одну реку — для слабаков.

Отлично там, где нас нет? Тогда мы идем к вам… И вдруг — чуть лишь вступаешь в сороковые, роковые, ловишь себя на данной пагубной тяге: не кидаться на поиски новейших земель, а ворачиваться туда, где уже бывал. Балласт утомленного цинизма — в трюме, коррозия ужаса перед будущим разъедает винты, кризис среднего рулит. От добра, шепчет кто-то усталый и мудрый в левом ухе, добра не отыскивают. Вернись туда, где было хорошо: лучше уже не будет.

Ностальджиа каналья, проклятая ностальгия, цокают языком итальянцы, а они знают в жизни толк. Сопротивление бесполезно. И все-же, мне кажется, я нечаянно отыскал метод скооперировать эту возрастную тягу к повторению — и сырое мясо чувств эксплоре- ра-экстремала, войти в ту же реку — и найти не лишь воды ее, но и берега принципиально, катастрофически, ух ты ж как иными. Нужно просто поехать в знакомые места с ребенком. С небольшим ребенком. С небольшим, катастрофически энергичным ребенком — вот таковым, как наш отпрыск Лев, он же Пингвин: год с хвостиком и 10 кило тоже с хвостиком адреналина, гиперактивного жизнелю- бия и никакого противоречия суицидальной отваги.

Не то чтоб сам жанр путешествия с ребенком был мне и моей супруге Ане в новинку. С нашей дочкой Сашей, она же Барсук, мы объездили всю Европу — но начали все-же, когда ей было года четыре. Чуть научившийся ходить но уверенный, что может покорять место сгусток безбашенности — совершенно иная история. Ровно два года назад — с Пингвином в проекте, с Барсуком под мышкой — мы ездили в Хорватию: полуостров Истрия, Истрий- ская жупания, верхний угол Адриатики.

Прилетаешь в Венецию: это оказывается проще и дешевле. Сняв крошечную комнатку у фейсбучной знакомой, бродишь пару дней по улочкам лучшего города-призрака на свете. Пьешь теплый «Беллини» из гортани ночкой на камушке около моста Академии, в занавешенных окнах дома напротив дает представление театр теней. Пьешь холод- ноебелоеизпластиковыхстаканчиковв гениальнойраспивочной, что напротив лицея Марко Поло, бутербродики евро штука, посиживать — прямо на парапете канала, перед очами — мастерская, где латают гондолы.

Позже — садишься на паром, «морскую кошку» компании Venezia Lines, и она за три часа переносит тебя в хорватский Ровинь, тоже собственного рода город-призрак: овеществленные рассказы Грина, не помесь, но синтез вот бы уж порадовался Гоголь! Разноцвет- ный средневековый городок карабкается по холму-полуострову к собору с башней, улочки вымощены розовым отполированным камнем.

Картина — что в твоей Лигурии, но макароны не аль денте, а как в детстве, разваренные, и слова сладки, но не тре- буют перевода: прочные алкогольные напитки — «жестока алко- хольна пица», что здесь не понять? Вино недорого и вкусно, деньком горячо, но ветерок, ночкой грозы, но к утру все высыхает, съемная квартирка не у моря, но в 10 минутках через сосновый лес, пляжи каменисты, но море совершенно прозрачно. Рай, незапятнанный рай. Когда предел рая выходит, мы летим из Истрии, из аэропорта Риека, в мою родную Ригу, а уж оттуда на поезде возвращаемся в Москву.

Сейчас — два года спустя — мы повторяем этот маршрут с Пинг- вином. Все волшебно изменяется. Венеции больше нет. То есть она на месте, не потонула покуда, но что делать в Вене- ции с гиперактивным годовалым чуваком, который согласен на дневной сон лишь в коляске, в движении, на свежайшем воздухе, в эталоне — в парке?

Эти каналы. Эти мостики со ступенями. Эти каменные мешки, мешочки, мешочечки. Мы прилетаем в Венецию — и ждем собственного парома на глухой окраине острова Лидо. Выкупать, укачать, покормить, переж- отдать жару. Венецию за двое суток я вижу дважды: стоя с коля- ской, с заросшего травкой берега, через лагуну — оттуда великий город с его колокольнями кажется высохшей на жаре, отставшей подошвой с торчащими обувными гвоздиками Пингвин спит , и — по пути с вапоретто на паром Пингвин кричит.

Паром попадает не в шторм даже, но в мощный боковой ветер: практически две сотки человек не три, а 5 часов кряду блюют в паке- тики и молятся. Пингвин не блюет: он висит на груди у супруги, зажмурившись. Супруга тоже оказывается совсем нечувстви- тельной к морской заболевания. Но просит у меня спасательный жилет для Пингвина. Пока мы спорим и я блюю в пакетик , ветер ослабевает.

Истрийский рай вдруг раскрывается веером непредсказуемых угроз. Ночные грозы будят Пингвина, Пингвин — супругу, супруга — меня. На тропинке в сосновом лесу безнадежно вязнут колеса коляски. Каменистый пляж — безупречное место, чтоб убиться соткой методов. Еще ранее, чем получится дойти до прозрачного моря. В которое так прикольно, хохоча, упасть лицом вниз. Любопытно, каждый малыш уверен, что он ихтиандр? В аэропорту Риека Пингвин, хохоча, вбегает на полном ходу в стеклянную стенку.

Ему забавно. Экстрим, говорите вы. Спросите меня. На данный момент я бегаю по квартире в моей родной Латвии, собираю вещи: завтра поезд в Москву, и пока что я стараюсь не мыслить, как это все будет. Пингвин недоволен. Сшибая по пути предметы, он гоняется за мной. Я сдаюсь. Я сажаю его в детский стульчик и врубаю ему его возлюбленный мультфильм: «Бременских музыкантов». Я ищу чертов потерявшийся ну где же он пакет. Мне 40 и один, ему — год и четыре. Мы чрезвычайно различные.

Мы оба, кажется, верим он — без тени сомнения, я — неуверенно , что фаворитные путешествия, новейшие земли — у нас еще впереди. ЗАМЕЧАЛИ ЛИ ВЫ — чем больше печатей, малых и огромных, нашле- пано в паспорте, тем неконтролируемей страсть путешественника к клас- сификациям и статистическим таблицам: событий, мест, приклю- чений, экзотических видов пива, наконец? Без особенных расходов энергии можно заполнить 1-ые часы в городке, сидя за столиком у фонтана в каком-нибудь Цюрихе, заказывая, смакуя и занося в блокнот и все посильнее размывая дальнейшие планы: полазать по хребтам Церматта либо сходу в Монтре — припасть к набоков- ским мощам?

И тогда стоит вспомнить: ничто не задает при- вычные ориентиры в незнакомой местности и в экстремальных критериях лучше книжки возлюбленного создателя, в эталоне — недочитанной в прошедшем путешествии и топонимически близкой к дому. Их я научился не дочитывать и каждый раз опять паковать в дорогу не больше 5 — одну-две на страну.

На смену ранжированию воспоминаний время от времени приходит тяга к составлению их вероятных списков. Но… вояжер подразумевает, а древо жизни, перефразируя поэта, растет для себя вкривь и вкось. Рисуешь, скажем, ментальный квадратик «кофе на набережной», перевести дух меж «главным собором города» и «воскресной прогулкой в парке», а кофейню, о которой в гиде полстраницы, в прошедшем месяце прикрыла санинспекция.

И в конце концов, приходит день, когда дорожные импрессии начинают наслаиваться друг на друга, и здесь на помощь классификатору при- прогуливаются зрительные образы. Ежели брать широким углом, пути-до- роги можно разбить на две группы, для кого равные, для кого нет: пленочные и цифровые. Давным-давно я путешествовал анало- гово, позже, совместно с большей частью населения земного шара, перебежал на цифру. В один прекрасный момент прихватил в путь даже не мыльницу, одноразовую камеру, позорную.

Понимаете, щелкнешь, провернешь колесико, недомотаешь по недосмотру — кадр и выйдет составным, и вчерашний жилистый массажист в семейных трусах из Буэ- нос-Айреса окажется рядом с горным озером, но уже в Барилоче, и здесь конный оркестр репетирует парад, медь сверкает на солнце, из конских ноздрей струится пар. Таковой трюк, чтоб не огласить глюк, еще из аналоговой эпохи. Сюда также отнесу последующий непреднамеренный эффект, но уже цифрового периода. В путь, не помню куда, отправился с цифровой мыльницей.

А соседку по этажу, как раз приличную даму, разведенную, попросил поливать фикусы на подоконнике: основной и два побочных. Перестаралась: основной отдал течь и подмочил пачку снимков. Пришлось отдирать по приезде, не постоянно хирургиче- ски верно. И в итоге бразильский мальчишка-провожатый с контейнеромяицдлянашихсприятелямизавтраковвджунглях Амазонки отчасти перешел из лодки, идущей вниз по Рио- Гранде, к черепичным крышам Лиссабона, умытым дождиком еще в прошедшем веке.

Чем же, разрешите задаться вопросцем, этот фокус с фикусом не доморощенная метафора сдвигов и случайностей, ради которых, спасаясь бегством от повседневности, отправляешься в путь? И не схожий ли умопомрачительный коллаж из государств, событий и встреч творит время с памятью вояжера? Камбоджа: жизнь впереди текст Жанна Пропек, Мари-Анжелик Озан Путешествие из Пномпеня в Сиемреап через северные провинции как погружение в прошедшее и возвращение в будущее.

Во всем чувствуется странноватая двойственность, сочетание пережи- того мучения и несгибаемой воли, 2-ух понятий, без которых нереально говорить о Камбодже сейчас. Очень свежайши еще в памяти действия крайних 50 лет, очень верно встают перед очами картины катастрофы, которая обрушилась на страну с приходом бардовых кхмеров — и последовавшими 20 годами гражданской войны — В Камбодже нет человека, не пострадавшего в данной нам войне, каждый растерял кого-либо — отца, мама, братьев либо всю семью — в трудовых лагерях либо в печально известной тюрьме S21 подробнее о истории страны см.

Но опосля всех ужасов пережитого сейчас Камбоджа желает вернуть для себя красоту и славу когда-то настолько искрометного царства Юго-Восточной Азии. Эму Риему было четыре года, когда при- шли красноватые кхмеры. Далее в его жизни было принудительное выселение из Пномпеня — в считаные часы миллионы горожан были высланы в сельскохозяй- ственные коммуны, и жизнь в трудовом лагере в провинции Баттамбанг, где он, как и остальные детки, делал удобрения из листьев и коровьего навоза.

Вечерком вся семья собиралась под одной крышей, в доме на сваях, открытом со всех сторон, чтоб патрульные могли созидать все, что происходит снутри. Говорить было запрещено», — ведает Эм. Никаких сказок перед сном. Темнота и тишь. Сейчас, отучившись в высших школах искусства и дизайна Сент-Этьена и Парижа, архитектор и живописец Эм Рием управляет своей галереей в Пномпене. Горилла, жираф, мортышка, буйвол —звери с его огром- ных полотен глядят на людей с нежностью.

Режиссер Ритхи Пань, чью семью убили красноватые кхмеры, когда ему было 13, работает над документальным фильмомо довоеннойэпохеи создаетЦентр аудио- и видеодокументов, где восстанав- ливает ушедший «мир нежности и семьи». На часах Дождавшись нас, судно Phocea Mekong снимается с якоря. Пока выходим из Пномпеня, смотрим просыпание города: где-то у берега люди моются, стоя по колено в корич- невых водах реки Меконг.

В фарватере суета: моторки лавируют меж запятанных барж, плоскодонки-сампаны торопятся, обгоняя неторопливые сухогрузы. Подальше от городка худенькие малыши купают в реке больших буйволов. Легкий ветерок колышет листву бананов и пальмировых пальм. Солнце приближается к зениту, его свет заливает всю реку, местами настолько широкую, что берега теряются из вида и она пре- вращается в море.

Но глубина маленькая — повсюду островки белоснежного песка, меж ними снуют узенькие лодки, которыми правят рыбаки в шляпах-зонтиках. Мы направляемся на северо-восток, на полуостров Ко-Тронг. Владельца здешнего курорта Rajabori Villas Пьер-Ива Клэ видно издалека: бритый, как у буддийского монаха, череп, высочайший рост, военная выправка. В Камбоджу он попал наиболее 20 лет назад в составе миротворческих сил ООН.

Опосля окончания службы 10 лет колесил по стране гидом, пока не женился — естественно же, на местной жительнице, прелестной Ченде. Сейчас Пьер-Ив строит гостиницы и выбирает для этого совсем особые места. За земли, на которых возведен Rajabori Villas, местные не дали бы и 1-го риеля местная валюта, заменившая в году индокитайский пиастр. Традиционные дома на сваях, из красноватого дерева, с резными крышами, спрятаны посреди тропического сада, и жизнь здесь никуда не торопится.

Тут нет машин, лишь конные повозки, дни похожи один на иной, как будто бусины четок в руках монаха. Самое принципиальное событие дня — на местность заползла царская кобра. Заглавие в переводе с французского значит «Красные земли» — виной тому латерит, порода, изобилующая железом и оттого имеющая ярко-красный оттенок.

Сам лодж был некогда домом губернатора провинции. Тут нас ожидают прогулки по лесным тро- пам и поездка в уединенное поселение 1-го из горных племен, в окружении их сходу несколько. Пьер-Ив предоставит вседорожники и покажет путь, с местными он в доверительных отношениях. Солнце выпекает нестерпимо с самого утра. Повязав на головы традиционные платки крама, отправляемся к племени креунг, чьи деревни рассеяны по всему лесу. Первыми встречаем группу подростков на стареньких скутерах.

Деревня — маленькие строе- ния из ветвей и листьев, вокруг бегают свиньи и куры. Дамы и детки рядом возятся в реке: умываются и стирают. Мужчины рабо- тают в поле либо охотятся на лягушек. Тут длится актив- ная вырубка лесов, которая уже привела к тому, что тигры, олени, пантеры и слоны ушли отсюда. Охота для креунгов закончилась. Они выживают сейчас только благодаря земледелию и рыбной ловле.

Время от времени на всю деревню завывает магнитофон, как будто совре- менность в один момент врывается в тихую жизнь, веками текущую в темпе муссонов. Все местные мелкие народы, естественно, обречены на исчезнове- ние, но власти не оставляют пробы включить их в современную жизнь.

А пока доход местным обеспечивает Пьер-Ив — они при- нимают туристов, продают свои ремесленные изделия и получают средства, которые могут издержать, к примеру, на лекарства. Градостроительный расцвет Пномпеня пришелся на е — время французской колонизации 2. Живописец с французским образованием Эм Рием обладает галереей на й улице в Пномпене 3—4. Туристическое судно Phocea Mekong на реке Меконг около городка Кратьэха 5. Местным жителям Пьер-Ив Клэ в военной форме известен как удачный отельер, а попал он в страну в составе миротворцев ООН 1.

1-ые муниципальные образо- вания на местности современ- ной Камбоджи возникли в III—II веках до нашей эпохи, тем не наименее первым кхмерским государством принято считать Фунань, морской полис, распо- ложенный на пути из Индии в Китай. О царстве сооб- щают в основном китайские источники.

Считается, что это не очень монолитное объеди- нение множества маленьких кхмер- ских княжеств просуществовало лет. Потом его сменило еще одно большое государственное объединение — Ченла. В году кхмерский царевич, прибывший с острова Ява, где он то ли обучался, то ли находился в изгнании, объявил себя коро- лем всех кхмеров под именованием Джайяварман II и сделал Кхмер- скую империю.

Упоминаний о Джайявармане I в истории не сохранилось. Под контроль этого страны, 1-го из самых могуществен- ных в регионе, попали террито- рии не лишь современной Кам- боджи, но и значимые части Таиланда и Вьетнама. Начиная с XV века империя по- степенно утратила могущество, растеряла выход к морю и лиши- лась большой части территорий.

При- чины заката империи точно не известны, предполагается, что этому содействовало укреп- ление примыкающих стран, в первую очередь воинственных королевств на местности совре- менного Таиланда, и эпидемия чумы. То, что в течение XVIII ве- ка Камбоджа сохранилась как независящее правительство, — волшебство, объясняющееся тем, что великие соседи были заняты наиболее важ- ными делами: Таиланд вел бое- вые деяния против бирманцев, а Вьетнам был погружен в граж- данскую войну. В XIX веке Камбоджу выручили французы, в году они выну- дили короля Нородома I подпи- сать соглашение, превращавшее страну в протекторат Франции и аннулировавшее сиамский и вьетнамский сопротекторат над соседом.

Французский протекторат являлся таким на самом деле: Камбоджа нахо- дилась под опасностью совершен- ного поражения со стороны Таиланда. В году еще одним соглашением протекторат был преобразован во французскую ко- лонию. В году все тогдашние французские колонии в регио- не — Тонкин, Аннам, Кохинхина и Камбоджа — были объединены в Индокитайский альянс, наиболее узнаваемый под заглавием Фран- цузский Индокитай. Позднее в альянс был включен и Лаос. Во время 2-ой мировой войны Камбоджа оказалась оккупиро- вана Японией и вместе управ- лялась прогерманским вишист- ским правительством Франции и Японией.

Опосля окончания войны Камбоджа получила са- моуправление в рамках Индоки- тайландской Федерации, а в м официально провозгласила не- зависимость. Главой страны стал повелитель Нородом Сианук. В году повелитель был сверг- нут, а страна провозглашена республикой. К тому времени в Камбодже уже бушевала граж- данская война: правительствен- ным войскам противостояли военизированные группировки Коммунистической партии Кам- боджи, известные под заглавием «Красные кхмеры».

В году красноватые кхмеры под руковод- ством Пол Пота одержали победу над республиканским правитель- ством. Страна получила назва- ние Демократическая Кампучия. В году режим приверженцев Пол Пота пал в итоге вну- трипартийного восстания и ок- купации страны вьетнамскими войсками. Сам Пол Пот и остальные фавориты бардовых кхмеров, Иенг Сари и Кхиеу Сампхан, бежали в леса и еще несколько десятиле- тий вели партизанскую войну.

Страна получила новое назва- ние — Народная Республика Кам- пучия. В году, опосля ре- форм и прекращения граждан- ской войны, было провозглашено правительство Камбоджа и восста- новлен буддизм, а в м Но- родома Сианука вновь признали главой страны. В году была номинально восстановлена монархия, но фактическая власть в стране сосредоточена в руках у тех, кто сверг бардовых кхмеров в году. С по год красноватые кхмеры официально бы- ли у власти в стране. Партия была сотворена опосля рас- пада Французского Индокитая, а в суровую военную и полити- ческую силу перевоплотился через 10 лет, когда ее вооружением и подготовкой занялся Вьетнам — 1-ый из бессчетных па- тронов организации.

Приблизительно в то же время в ее главе встал Са- лот Сар, вернувшийся из Фран- ции студент, член французской Коммунистической партии. При поддержке вьетнамцев он возглавил партизанскую войну на севере и равномерно расширял подконтрольные местности.

На Сара, принявшего партий- ный псевдоним Пол Пот, сильно воздействовало знакомство с бытом местных племен, живших без средств, без религии и без намека на промышленное создание. Потом пол-потовские представления о «чистых» лю- дях, способных выстроить ком- мунизм, и людях «нечистых», испорченных цивилизацией, образованием, городским обра- зом жизни, стали предпосылкой мас- сового истребления городского населения страны.

Переломным моментом в пар- тизанском движении стал пере- ворот, устроенный в году премьер-министром Камбоджи Лон Нолом, и провозглашение Кхмерской Республики. Оказав- шийся в изгнании повелитель страны Нородом Сианук организовал в Пекине правительство в изгна- нии, пригласив в него и собственных бывших врагов — комму- нистов, которых он именовал «Крас- ными кхмерами».

В стране нача- лась полномасштабная граждан- ская война. Фавориты провозгласили создание новейшего страны — Демократической Кампучии, номинальным главой которой стал Нородом Сианук. Красноватые кхмеры объявили год «нулевым» с намерением выстроить новейшую, «чистую» Кам- пучию.

В стране были отменены средства, запрещена религия. Была проведена депортация городско- го населения в сельские районы, начались массовые репрессии против всех, кого в согласовании с идеями Пол Пота следовало считать «нечистыми». Уничтожа- лись либо отчаливали в лагеря по перевоспитанию люди с выс- шим образованием, сторонники режима Лон Нола, военные, полицейские, представители государственных меньшинств, вра- чи.

По всей стране создавались коммуны-гетто, членам которых было запрещено их покидать. Хоть какое инакомыслие подавля- лось. Фермеров приучивали к осоз- нанию своей «чистоты» и исключительности. Городских обитателей расстреливали, или они погибали на сельских ра- ботах. Недовольных фермеры забивали мотыгами. Уже через год Нородом Сианук заявил о собственной отставке, опосля чего же главой страны офици- ально стал Кхиеу Сампхан, Пол Пот остался фаворитом партии и главой правительства.

В это же время начались суровые тре- ния меж красноватыми кхмерами и их основным тогдашним союз- ником — Вьетнамом, позже пе- решедшие в вооруженные столк- новения. Пол Пот был обязан находить поддержки у Китая. В году Вьетнам провел во- енную операцию на местности Камбоджи, красноватые кхмеры бе- нажимали в леса, а в стране было объ- явлено о разработке новейшего госу- дарства — Народной Республики Кампучия, под управлением мо- лодых офицеров камбоджийской армии.

Конкретно тогда мир вызнал о масштабе репрессий бардовых кхмеров: по официальным дан- ным, в период правления Пол По- та население страны сократи- лось на четверть. Были убиты либо погибли от голода и непосиль- ного труда 1,7 миллиона чело- век. Тем не наименее в сельских рай- онах красноватые кхмеры продолжа- ли воспользоваться большой попу- лярностью. Не считая того, на их сто- роне выступили, по различным при- чинам, Китай, Соединенные Шта- ты и Таиланд. Гражданская вой- на длилась до конца х.

Опосля мирных переговоров в Па- риже и проведения под наблю- дением ООН выборов в Кам- боджу в качестве главы государ- ства возвратился Нородом Сианук. В году Пол Пот был аресто- ван соратниками и погиб в ожида- нии суда. Из фаворитов крас- ных кхмеров виновными в мас- совых убийствах до сих пор при- знаны лишь двое — «Брат номер два» Нуон Чеа, основной военный стратег движения, и «Брат номер четыре» Кхиеу Сампхан.

Цель путе- шествия — храм Преа Вихеа. Где-то на обочине можно приобрести местную сладость кралан консистенция риса, бобов, мякоти кокоса и кокосового молока, приготовленная в стебле бамбука , она придает сил, чтоб пережить мокроватую и давящую жару. Вдоль дороги километр за километром тянутся компании по заго- товке древесины гевей. Главные импортеры — Китай и Вьетнам.

С обеих сторон дороги — гевеи, гевеи, гевеи… Дорогу выстроили 6 лет назад китайцы. Саженцы тоже продают только китайцы. Гевеи по ночам истекают соком, из которого китайцы делают шины, чтоб ездить по новеньким дорогам, построенным иными китайцами. Приграничная область Преа-Вихеа — крайний бастион бардовых кхмеров, тут и сейчас находят мины, так что с туристских дорожек лучше не сходить.

Одноименный храм возвышается над обрывом высотой метров. Семь правителей на протяжении 3-х веков строили храм-гору из песчаника, а в году это величественное сооружение было внесено в перечень глобального наследия ЮНЕСКО. Примыкающий Таиланд до сих пор заявляет о собственных претензиях на него — с высоты обрыва в не далеком лесу видны тайландские военные грузовики, хотя в году Гаагский трибунал признал права на храм за Камбоджей.

Раз в день Преа Вихеа воспринимает около 2-ух тыщ посетителей-кхмеров, которые считают своим долгом его посетить. Вокруг Будды курятся благовония, приветливые кхмерские военные даже благослов- ляют неких паломников. Мы садимся у отвесного края горы, практически бессознательно, так нас манит открывающийся безграничный простор. Перед нами, как хватает глаз, вся Камбоджа — с высоты собственной истории… Последующий город на нашем пути — Сиемреап, 2-ой по вели- чине в Камбодже.

По дороге на юг проезжаем старую столицу кхмерской империи Кох-Кер с великолепной ступенчатой пира- мидой и загадочный храм Бэнгмеалеа, опутанный лианами. До Сиемреапа добираемся уже на закате. Городские многоэтажки непривычны глазу опосля км рисовых полей и неболь- ших деревушек. В Сиемреап попадают все, кто желает узреть главную камбод- жийскую достопримечательность — храмы Ангкор, до их отсюда всего 5 км.

Пестрый, оживленный, не успевающий за своим экономическим ростом Сиемреап всячески пользуется туристским подъемом опосля обморока войны —х. Рядом с традиционными пагодами красуются вы- вески популярных гостиниц, шикарные бутики и престижные ресто- ранчики ожидают собственных клиентов. А нас наутро ждет Ангкор. Выходим в 4. На рассвете есть шанс узреть комплекс практически безлюдным — в XXI веке это ред- кость. Мы желаем избежать проторенных маршрутов и сходу направляемся к храму Та Прум, который большая часть туристов оставляет на позже.

Храм, самый прекрасный в Ангкоре, как будто растворился во времени и захватившей его растительности. Просто почувствовать себя первопроходчиками, обнару- жившими в щупальцах-корнях деревьев каменные сокровища. В этом буддийском храме, посвя- щенном мамы монарха, некогда работали тыщи людей, лишь танцовщиков насчитывалось наиболее Пышноватые празднества былых времен растаяли в прошедшем и обретают жизнь лишь в нашем воображении.

Странноватый циклический звук нарушает монастырскую тишину — это песня орла-змееяда звучит в такт с нашими шагами. На обратном пути заходим в Ангкор-Ват, самый узнаваемый храм комплекса и одно из огромнейших культовых сооруже- ний мира. Храм-гора из песчаника посвящен Вишну, высокому индуистскому божеству. 5 башен храма в форме лотоса символизируют священную в индуизме и буддизме гору Меру.

У главенствующего входа снутри нас встречают дэвы. 2-ой ярус укра- шен фигурами небесных дев — апсар. Под взором каменного Вишну, бога, с которым себя отож- дествлял в XII веке затеявший стройку повелитель Сурьяварман II, проходим в первую галерею.

У подножья скульптуры, элегантно задрапированной шелком, курятся пучки благовоний и лежат стопки бумажек с молитвами. На последующий день мы вновь в Ангкоре, едем по обсаженной деревьями дороге мимо Ангкор-Вата. На сохранившихся башнях храма вырезаны четыре изображения лиц — они обращены в различные стороны света и символизируют четыре обличья Будды. Обнесенная 4-мя стенками старая столица на данный момент представ- ляет собой огромную археологическую площадку — началась ее реставрация, работы рассчитаны на девять лет.

Загадочные каменные лица храма Байон, стиснутый корнями деревьев Та Прум, сияющий шафран и ослепительная белизна одежд монахов в храмах. Наследие большой кхмерской импе- рии раскрывается в Ангкоре во всей собственной очевидности. Смотря на потрясающие барельефы на центральных стенках Ангкор-Вата, изображающие рай и ад, думаешь: отлично, ежели бы в один прекрасный момент в этойкаменнойгееннесгорелипронумерованныебратья«Ангки».

Юные люди в Камбодже обычно несколько лет проводят послушниками при буддийских монастырях 2. Общественная площадь Ангкора — около гектаров 1. Ресторан, бар, бассейн, много зелени, спа — настоя- щий городской оазис. Бассейн, франко-кхмерская кухня, можно арендо- вать всю местность. Необычные ткани и калоритные цвета. КИНО «Исчезнувшее изображение» Документальный исторический кинофильм камбоджийского режиссера Ритхи Паня о детстве, про- веденном в трудовом лагере.

Премия «Оскар» в катего- рии «Лучший кинофильм на иностранном языке» года. Сходу вспоминается «Лара Крофт: Расхитительница гробниц» Но есть и остальные примеры. Им помогает другое судно, и Берк уходит в отставку, скрываясь от позора в портах по всей Азии. Его искусство рассказчика и ее воображение равномерно стирают грань меж реальностью и вымыслом.

В финальной сцене основной герой едет в Камбоджу, чтоб бросить в Ангкор-Вате свою тайную любовь. Тогдашняя Камбоджа запомнилась мне неописуемой разрухой — обветшавшими, в темных ливневых потеках, колониальными виллами, мусором в канавах, придорожными сельскими дискотеками под деревян- ными навесами, военными патрулями на шоссе и 2-мя «ламбор- гини», припаркованными у ночного клуба, куда, казалось, не считая как на вертолете, никак не добраться.

Помню подорвавшихся на оставшихся с гражданской войны минах безногих инвалидов, подсовывающих для тебя биографии Пол Пота, и белозубых малышей, как будто просящих, чтоб их немедля усыновили и увезли с собой. Ближний к храмам Ангкора город Сиемреап, основной тури- стический хаб Камбоджи, поменялся еще больше. Я помню его пыльной деревней с гулкой центральной улицей, Паб- стрит, где основной достопримечательностью был бар Red Piano: в нем коротала вечера Анджелина Джоли во время съемок «Расхитительницы гробниц».

На данный момент это современные кварталы, набережная с подсветкой и всеми признаками урбанизма и 10-ки новейших, неописуемой красы мест — ресторанов, спа с каскадными водопадами и дизайнерских гостиниц. Лим Муй снискал популярность своими работами на стыке поп-арта и кхмерской этники, и эта обычная, но красивая композиция сделала его одним из самых удачных живописцев Камбоджи.

Лим Муй еще и неплохой дизайнеров. Остались и трущобы, и заваленные битым кирпичом обочиныподорогеизаэропорта,и хаотичноедорожноедвижение, в котором, кажется, нет никаких правил, — все это никуда не делось. Но сейчас это воспринимается как экзотика, пере- житок прошедшего, наследие «шокирующей Азии», от которого Камбоджа всеми методами открещивается. Пномпень тогда больше всего походил на Одичавший Запад, тер- риторию беззакония и вседозволенности, куда приезжали со всего мира любители запрещенных удовольствий: покурить опия с утра, деньком пострелять из гранатомета по стаду скотин, а вечерком наведаться в бордель к летним девченкам.

Нынешний город быстрее Клондайк для бизнесменов всех мастей — рынок пока еще волен, законов, душащих личное предпринимательство, не так много, и сюда едут открывать магазины с дизайнерской одеждой и кофейни те, кто еще вчера создавал хайп в Бруклине либо Токио. Доказательство его словам вы отыщите в новом, в стиле скан- динавского миниатюризма х, бутик-отеле Aviary, мы остано- вились в нем на пару ночей. Загляните и в старожила Сиемреапа FCC — Клуб иностранных корреспондентов, когда-то тут была резиденция французского губернатора, а на данный момент ресторан и пристроенные к нему модернистские виллы, бассейн и спа, здесь тоже стоит пожить и уж точно хотя бы раз поужинать в ресто- ране с видом на реку.

И будет совершенно преступлением бросить без внимания ресторан новейшей кхмерской кухни, а по совмести- тельству спа и арт-галерею Chanrey Tree с работами местных живописцев, лилиями в прудах и самой вкусной пищей, что нам довелось испытать за всю поездку. Лишь забудьте про несчастную азиатскую дешевизну.

Уличная пища и фрукты по-прежнему стоят копейки, а вот в ресторанах цены совсем московские. В холле бутик-отеля Aviary в Сиемреапе 2. Бассейн в Aviary 3. Монахи в храме Пном Бакенг 4. Деталь интерьера в Chanrey Tree 5. Отель Foreign Correspondents Club в Сиемреапе 7. В осеннюю пору в различных странах мира проходят финальные этапы Мировой серии и Кубка мира по триатлону. В 3-х шагах он соединяет в для себя сходу три дисциплины.

1-ый шаг — пла- вание на открытой воде, просит не лишь техники, но и терпения и храбрости. 2-ой, велогонка, — самый высокоскоростной и увле- кательный, опасность получить травму механического нрава при падении либо столкновении с иными участниками на велоэтапе очень высока, но конкретно это делает его таковым азартным. 3-ий шаг — самый популярный и быстро раз- вивающийся на нынешний момент вид спорта, бег.

Но бег опосля плавания и вело- гонки не похож на бег в традиционном смысле, это полностью иная дисциплина, которую можно именовать «бег в триатлоне». Соединить три твердые циклические дис- циплины меж собой достаточно трудно, это просит особенной физической подготовки. Непростая обстановка в бизнесе и в целом в стране и в мире накладывает отпеча- ток и на выбор вида спорта: люди идут на сложные тесты для собственного тела, собственного разума и сознания.

Люди желают про- верить себя на крепкость, и это объяснимо: мы постоянно стремимся выяснить о для себя что-то новое. Также триатлон — это социализа- ция. Мужчины идут в триатлон, чтоб помериться силами с иными мужчинами и самис собой. Нои женщинв этомсуровом спорте много.

Вообщем, такое увлечение объ- единяет принципиальных и удачных людей, помогает встретить единомышленников и, возможно, грядущего напарника, близкого по духу человека, который ведет активный образ жизни и имеет похожие ценности. Нельзя заниматься триатлоном «для себя», без роли в соревнованиях: это самооб- ман.

Человек, который не участвует в сорев- нованиях, не вправе именовать себя триат- в летнюю пору. До этого всего у человека обязана быть цель, к которой он медлительно и плавненько шагает, преодолевая себя, становясь лучше, чем был вчера. Дистанции в триатлоне делятся на три кате- гории: недлинные спринт м, 20 км, 5 км и суперспринт м, 8 км, 2 км подступают для новичков.

На их можно протестиро- вать методику подготовки, питание и стра- тегию гонки, совершить ошибки, сделать из их выводы, чтоб в последующий раз их избежать уже на наиболее продолжитель- ной дистанции — олимпийской 1,5 км, 40 км, 10 км , которая также именуется «стандарт». Прохождение таковой дистанции у новичков может занять около 2,5—3 часов.

Этого времени довольно для того, чтоб проверить серьезность собственных намере- Андрей Козлов, мастер-тренер по триатлону, владелец Кубка чемпи- онов, победи- тель эстафеты IRONSTAR TRIATHLON ний, оценить свою подготовку, принять решение о том, продолжить ли занятия, перейти к наиболее суровой цели — «полу- железной» дистанции, полуIronman, либо «половинки» 1,5 км, 90 км, 21 км. Пароплан Артем Татищевский prod.

Пароплан Пароплан Текст Видео Я желаю быть лишь с тобою. Пароплан Текст Видео От любви я взлетаю Страус муз. Текст Видео Пароплан Пароплан Текст Видео А как хочетса быть с тобой Пароплан Текст Видео Плановая, плановая, моя девченка родная. Пароплан Текст Видео Подымим Пароплан Текст Видео Я не учу тебя жить zaycev.

Пароплан Текст Видео 8-й штат Артём Татищевский feat. Пароплан Текст Видео Выше Пароплан Текст Видео Лёгкий парламент Пароплан Текст Видео Одна любовь zaycev. Артем Татищевский feat Пароплан Текст Видео мне нравится Зависы, передозы Фриссон: vk. Пароплан cut Текст Видео Гламурная Podgon Текст Видео пароплан freestyle Распутин Текст Видео Пароплан Пароплан Текст Видео Money Mania МирончеГг [Н. Пароплан Текст Видео На бэхе боком Серёжа Местный Текст Видео Пароплан Пароплан Текст Видео Мадам Минус Текст Видео Пароплан Пароплан и др Текст Видео аЕее Пароплан Текст Видео Без наименования ПароПлан ft.

Joint Текст Видео По проводам [Balton rec.

ТОР БРАУЗЕР ЛУКОВИЦА СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО HYRDA ВХОД

Пароплан марихуана манит меня кому выписывают марихуану

Я курил травку 7 дней подряд и вот что со мной случилось

Следующая статья скачать тор браузер бесплатно на gydra

Другие материалы по теме

  • Поиск по тор браузеру hudra
  • Польза от куренья марихуаны
  • Подкормки для конопли купить
  • Tor browser подключение к сети hyrda